"Russian diesel is not worth a single gram of Ukrainian blood," said the president of the parliament, Ruslan Stefanchuk. #Ucraina #Putin #Trump (translated)
Ich werde den Vorschlag in Kürze entsprechend dem festgelegten Verfahren prüfen.
Благодарен съм на Юлия Анатолиевна за работата ѝ начело на правителството в изключително труден за държавата момент, за приноса ѝ към укрепването на икономиката, подкрепата за хората и напредъка на страната ни по пътя към Европейския съюз. Пожелавам ѝ успехи в бъдещата ѝ дейност.
Благодарен съм на Юлия Анатолиевна за работата ѝ начело на правителството в изключително труден за държавата момент, за приноса ѝ към укрепването на икономиката, подкрепата за хората и напредъка на страната ни по пътя към Европейския съюз. Пожелавам ѝ успехи в бъдещата ѝ дейност.
Potwierdzam, że Rada Najwyższa otrzymała oficjalną rezygnację Julii Swyrydenko. Parlament rozpatrzy tę sprawę w najbliższym czasie. Dziękuję ustępującej premier za kierowanie rządem w trudnym dla kraju czasie.
Parlament rozpatrzy tę sprawę w najbliższym czasie, zgodnie z obowiązującą procedurą
Я глубоко поражен известием о смерти Грэма, который только что вернулся из поездки в Киев.
W Panteonie znajdą się najlepsi synowie i córki narodu ukraińskiego.
Pierwsze, co chcę powiedzieć osobiście prezydentowi Nawrockiemu: popełnił pan katastrofalny błąd, który będzie miał daleko idące negatywne konsekwencje dla partnerstwa ukraińsko-polskiego
Președintele Ucrainei a semnat Legea nr. 4699-IX - decizie importantă pentru protejarea spațiului lingvistic ucrainean și îndeplinirea obligațiilor noastre europene. Limba rusă este scoasă de pe lista limbilor cărora Ucraina aplică prevederile Cartei. Aceasta este o decizie corectă și exemplară. Limba statului agresor nu poate folosi instrumente de protecție menite să susțină limbile popoarelor indigene și comunităților naționale. Ucraina apără limba de stat, respectă diversitatea lingvistică și culturală și înlătură influența imperială rusă a privilegiilor de care a abuzat ani de zile. Această decizie se referă la demnitatea, justiția și securitatea lingvistică a Ucrainei.
O decizie importantă pentru a proteja spațiul lingvistic ucrainean şi a ne îndeplini obligațiile europene
Ich bin der Meinung, dass die Sprache eines Aggressorstaates nicht von Schutzinstrumenten profitieren kann, die indigenen Völkern oder nationalen Minderheiten helfen sollen.
Я заявляю, что русский язык исключен из списка тех, к которым Украина применяет положения хартии ЕС. Это справедливое и логичное решение. Язык страны-агрессора не может претендовать на инструменты защиты, созданные для поддержки языков коренных народов и национальных меньшинств.
Die Sprache eines Aggressorstaates kann nicht von Schutzinstrumenten profitieren, die indigenen Völkern oder nationalen Minderheiten helfen sollen.
Премахнахме руския език от списъка на езиците, спрямо които Украйна прилага разпоредбите на Хартата. Това е справедливо и логично решение — езикът на държавата агресор не може да се ползва от инструменти за защита, предназначени да подкрепят езиците на коренното население и националните малцинства. Ние защитаваме държавния си език, уважаваме езиковото и културно многообразие и премахваме привилегиите, свързани с руското имперско влияние. Това е решение за достойнство, справедливост и езикова сигурност на Украйна.
Nem engedem, hogy egy agresszor állam nyelve részesüljön az őslakos népek és a nemzeti közösségek nyelveinek támogatására létrehozott védelmi mechanizmus előnyeiből.
„Preşedintele Ucrainei a semnat legea (…), o decizie importantă pentru protejarea spaţiului lingvistic ucrainean şi îndeplinirea obligaţiilor noastre europene. Limba unui stat agresor nu poate beneficia de instrumente de protecţie concepute pentru a susţine limbile popoarelor autohtone şi ale comunităţilor naţionale.”
Я считаю, что это справедливое и закономерное решение. Я убеждён, что язык государства-агрессора не может пользоваться инструментами защиты, созданными для поддержки языков коренных народов и национальных общин. Это решение — о достоинстве, справедливости и языковой безопасности Украины.
Consider că semnarea acestei legi de către preşedintele Ucrainei este o decizie importantă pentru protejarea spaţiului lingvistic ucrainean şi pentru îndeplinirea obligaţiilor noastre europene. Eu afirm că limba unui stat agresor nu poate beneficia de instrumente de protecţie concepute pentru a susţine limbile popoarelor autohtone şi ale comunităţilor naţionale şi invoc dreptatea şi securitatea lingvistică a Ucrainei.
Neumožníme, aby jazyk agresorského státu využíval ochranné nástroje vytvořené na podporu jazyků původních obyvatel a národnostních komunit. Chráníme státní jazyk, respektujeme jazykovou a kulturní rozmanitost a zbavujeme ruský imperiální vliv výsad, které po léta zneužíval. Toto rozhodnutí se týká důstojnosti, spravedlnosti a jazykové bezpečnosti naší země.
Claim it. Contact us at [email protected]